Об архитектуре и ее задачах

Глава «Об архитектуре и ее задачах». «Из творческого опыта. Возникновение и развитие архитектурного замысла». А.И. Гегелло. Институт теории и истории архитектуры АСиА СССР. Государственное издательство литературы по строительству, архитектуре и строительным материалам, Ленинград, 1962


Одним из важнейших видов созидательной деятельности человека является его строительная деятельность — строительное производство, или, как принято обычно говорить, строительство.

Результаты строительного производства чрезвычайно разнообразны и обслуживают самые различные области жизни и деятельности общества. Они создают необходимые условия для производства материальных благ, необходимых для того, чтобы общество могло жить и развиваться, и в то же время сами являются материальными благами.

Такие сооружения, как доменные печи, оросительные и судоходные каналы, морские и речные порты, шлюзы, мосты, дамбы, плотины, железные дороги, автострады, шоссейные дороги, линии электропередачи и связи, газопроводы, шахты и рудники, тоннели, элеваторы и склады, промышленные и сельскохозяйственные здания, жилые дома, здания административные, здания культурного, коммунального, лечебного и прочего назначения, являющиеся продуктами строительного производства, входят в так называемые основные фонды национального богатства страны, одни — производственные, другие — непроизводственные.

Многие из них относятся к тем, которые мы считаем произведениями архитектуры. Действительно, по своим первоочередным задачам и средствам изготовления продукции архитектура представляет собой одну из областей строительного производства, но область своеобразную, выходящую в некоторых отношениях за пределы строительного производства, тогда как другие области последнего остаются только материальным производством, производством материальных благ.

«Продуктами» архитектуры как области строительного производства являются здания и их комплексы, объединенные общностью их основного внутреннего содержания. Здание — это искусственно выделенное и ограниченное соответствующими строительными конструкциями и материалами пространство, предназначенное для более или менее длительного пребывания в нем людей и защиты их от внешних влияний природы, в котором протекает один или несколько взаимно связанных процессов труда, быта, культуры, общественной жизни и т. д. (один из них обычно бывает главным). Архитектура удовлетворяет не только определенные материальные, но и духовные потребности общества, обеспечивая необходимые условия для проведения жизненных, социальных процессов, которые в целом составляют всю или почти всю жизнь современного цивилизованного человека. Кроме создания отдельных зданий или их комплексов, в область архитектуры включается организация окружающего внешнего пространства, внутренне связанного с ними и находящегося в сфере их влияния. Особенно это относится к архитектурным комплексам. Нередко в круг воздействия архитектуры входят не только собственно здания, но и инженерные сооружения, особенно такие, которые составляют необходимую для проведения конкретных жизненных процессов часть архитектурных комплексов. В этих случаях некоторые сооружения сами приобретают качества произведений архитектуры, например городские мосты, набережные; другие же, не становясь сами произведениями архитектуры, являются составными, вспомогательными элементами, например водопровод, канализация, городские дороги.

Строительное производство возникло как один из самых первых видов трудовой деятельности человека. В процессе развития человеческого общества, разделения и совершенствования форм труда развивалось и строительство. Возникали и постепенно совершенствовались функционально и технически новые, все более разнообразные типы зданий, назначением которых было обслуживать все более расчленявшиеся жизненные процессы. Развитие человеческих потребностей сопровождалось развитием и совершенствованием способов их удовлетворения.

В своей замечательной работе «Происхождение семьи, частной собственности и государства» Ф. Энгельс, говоря о главном, что перенесли греки из первобытно-общинного родового строя в классовое общество, указывает также на «зачатки архитектуры как искусства, города с зубчатыми стенами и башнями» (К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., 1931, т. XVI, часть I, стр. 13.). Отсюда следует, что возникновение архитектуры связано с удовлетворением не только определенных материальных потребностей человека, но и его духовных, эстетических запросов. Иными словами, после разделения общества на классы архитектура стала одним из средств художественно-образного отражения действительности, ее познания, эмоционального воздействия на человека и его воспитания.

Возникает вопрос, всякое ли здание, созданное для постоянного или периодического использования его человеком в целях проведения в нем того или иного определенного социального процесса, является произведением архитектуры?

Архитектурные объекты — отдельные здания и их комплексы — не могут, как некоторые утверждают, подразделяться на объекты простого строительства (продукты строительного производства) и объекты архитектуры (продукты строительного производства и искусства) или быть только произведениями искусства. Архитектурные произведения, оставаясь обязательно и в первую очередь продуктами строительного, т. е. материального производства, могут быть, как произведения искусства, более совершенными или менее совершенными, но принадлежности к области искусства от этого они не утрачивают. Это вытекает из исторически сложившейся природы архитектуры, которая поднялась в свое время до уровня искусства и в дальнейшем уже не теряла своих новых качеств, а в процессе своего развития только укрепляла их и развивала.

Характерно, что ни один из многочисленных видов производственной деятельности человека, направленной на удовлетворение его материальных потребностей, таких же существенных для его жизни, как потребность в зданиях, не приобрел качеств искусства, как это произошло с архитектурой, за исключением, быть может, прикладных искусств. Причина этого заключена, видимо, в самом основном, характернейшем качестве архитектуры — в том, что она удовлетворяет потребности общества в зданиях, обеспечивающих материальные условия жизни человека в течение всей его жизни и почти во всех ее проявлениях.

Архитектура неразрывно связана с человеком, окружает и обслуживает его всю жизнь. Это важнейшая и наиболее характерная особенность архитектуры, которая в процессе развития человечества отразилась на ее природе и сущности. Обслуживая, как один из видов материального производства, многочисленные и многообразные стороны жизни человека, организуя их, архитектура в своих произведениях в той или иной мере отражает в художественно-образной форме различные стороны жизни общества и уровень его развития. Поэтому архитектура, охватывая все или почти все области и стороны жизни общества, отражает ее значительно полнее, шире, чем другие виды материального производства.

Любое здание и сооружение — жилой дом, заводской цех, клуб или больница, даже такие чисто инженерные сооружения, как мост или плотина, когда они входят составной частью в архитектурный комплекс, — отвечают эстетическим запросам, взглядам своего времени. Иначе говоря, каждое здание и сооружение отвечает не только материальным условиям, при которых оно было создано, но и отношению создавшего их человека к труду, жизни, вообще к окружающему его внешнему миру, т. е. отвечает его мировоззрению, его идеологии. Произведения архитектуры являются своеобразным отпечатком жизни человеческого общества; они отражают в той или иной степени уровень развития производительных сил, классовое строение общества, быт людей, их обычаи, нравы, отношение к действительности, господствующую идеологию данной эпохи и эстетические взгляды.

Но способностью отражать потребности человека, его жизнь и деятельность, как известно, обладают в какой-то мере все созданные им предметы. Вопрос состоит в том, насколько полно, какими средствами, с какой силой (доходчивостью) происходит это отражение. Здесь на помощь архитектуре приходят некоторые другие обстоятельства, которые придают этому отражению своеобразный характер и нередко значительную силу.

Человеку свойственно стремление к красоте, которое выработалось у него в процессе развития его трудовой деятельности. Естественное желание сделать жизнь красивой должно было и могло получить наиболее яркое отражение в том, что всего ближе человеку, что его постоянно окружает, облегчает и организует его жизнь, делает ее удобной и приятной, т. е. в первую очередь в произведениях архитектуры.

С другой стороны, человек, видимо, еще на ранних ступенях своего развития (мы не знаем, было ли это уже в классовом обществе или на высшей ступени первобытно-общинного строя) обратил внимание на то, что построенное его руками сооружение в своем внешнем облике выявляет и отражает какие-то зрительно воспринимаемые закономерности, которым подчинена объемно-пространственная структура здания и которые создают зрительную гармонию, оказывающую на него эмоциональное воздействие и удовлетворяющую его чувство красоты.

Постепенно человек открывал пропорциональные, ритмические, масштабные, пластические и цветовые закономерности архитектуры, которые мы называем средствами архитектурной выразительности и сознательное использование которых создает присущую произведениям искусства гармонию. Сочетание этих двух сторон — тесной и широкой связи архитектуры с утилитарными потребностями человека и ее свойства эстетического воздействия — человек бессознательно или сознательно использовал для образного отражения не только непосредственно утилитарного назначения каждого здания, но и своего отношения к происходящим в нем процессам, а опосредованно — к природе, к внешнему миру, ко всей окружающей его действительности.

Как ни подсознательны, смутны, интуитивны были первичные представления человека об этих свойствах архитектуры, видимо, именно они способствовали тому, что архитектура, судя по дошедшим до нас памятникам, еще в древнейшие времена, не изменяя своего первоначального основного назначения, возвысилась до уровня искусства, т. е. стала производством специфических духовных благ в виде зданий, получивших эстетические качества. Вся история архитектуры от древних времен и до наших дней свидетельствует об этой двойной роли архитектуры, о двух всегда стоящих перед ней задачах: первоочередной задаче удовлетворения материальных потребностей общества, осуществляемого архитектурой как одним из видов материального производства, и связанной с ней задаче удовлетворения духовных потребностей общества, осуществляемого архитектурой как одним из видов искусства. Эти задачи в исторической практике архитектуры были нераздельно слиты и решались вместе и одновременно. Полноценное решение одной из них способствовало, помогало успешному решению другой. Во всех лучших произведениях архитектуры всех времен и народов мы всегда наблюдаем нераздельное единство двух сторон архитектуры, двух ее начал.

Именно вследствие этого единства материального и идейного начал воздействие архитектуры на человека, на его чувства особенно сильно, тем более, что она окружает человека почти всю его жизнь.

Ощущение организованности того жизненного процесса, для которого здание предназначено, чувство удобства, непосредственного эстетического удовольствия от его красивого, эмоционально содержательного внешнего вида помогают художественно-образному отражению (раскрытию) содержания архитектурного произведения, заключенного в нем как в произведении искусства. Эта способность архитектуры в своеобразной форме рассказывать о жизни, мыслях и чувствах людей часто сознательно использовалась для того, чтобы воздействовать в определенном направлении на чувства и ум тех, кто пользуется архитектурным произведением по его прямому практическому назначению.

История человечества дает нам яркие примеры того, как господствующие классы использовали эмоционально воздействующие качества произведений архитектуры в целях порабощения и эксплуатации народных масс. Созданные руками и талантом трудящихся прекрасные здания, величественные храмы, дворцы и другие сооружения своим внешним видом, великолепием, величиной действовали на чувства и ум народа в желательном для господствующего класса направлении. То, что архитектура всегда и прежде всего удовлетворяла материальные, жизненные потребности, казалось, видимо, настолько естественным, привычным и не так сильно поражало чувства и воображение, как эмоционально-образные свойства архитектуры, что человечество на протяжении тысячелетий относило архитектуру к области искусства и ставило ее в один ряд с другими, прежде всего изобразительными искусствами — скульптурой и живописью.

Коснемся попутно вопроса о связи архитектуры как самостоятельной и специфической области строительства с наукой, техникой и экономикой.

С помощью науки архитектура решает функциональные задачи, связанные с социальными процессами, которые должны протекать в здании или архитектурном комплексе, а также технические задачи — прочность, устойчивость здания, акустика, звукоизоляция, теплоизоляция, освещение, инсоляция, вентиляция и т. д. Техника, и в первую очередь строительная техника, является необходимым средством осуществления архитектурного замысла, его материализации, без нее нет и не может быть и самой архитектуры. Экономические условия определяют материальные возможности осуществления здания и т. д. В то же время архитектура всегда сохраняет свою принадлежность и к области искусства, т. е. художественно-образную выразительность, которая воздействует на чувства человека, а через них влияет на его ум, пробуждает воспоминания, вызывает ассоциации, зарождает идеи.

Эту слитность и нераздельность материально-утилитарной и художественно-идеологической функций архитектуры мы находим в любом архитектурном сооружении.

Египетские пирамиды, основное назначение которых состояло прежде всего в том, чтобы сохранить тело умершего фараона и всего необходимого ему в загробной жизни (драгоценной утвари, оружия, украшений и пр.), в то же время выражали идею божественного величия фараона, незыблемость его неограниченной власти. Религиозные сооружения — древние языческие храмы, христианские церкви — были не только символической обителью бога и местом жертвоприношения или богослужения, но и сокровищницами, жилищами жрецов, иногда астрономическими обсерваториями, школами, залами народных и общественных собраний, нередко оборонными сооружениями. Кстати сказать, в наше время в некоторых капиталистических странах культовые здания зачастую эксплуатируются как кинозалы и концертные залы.

Только близкие к скульптуре монументальные сооружения типа обелисков, триумфальных ворот и т. п. не имеют или почти не имеют непосредственно утилитарного назначения.

На противоположном конце бесконечного ряда многообразных зданий и сооружений, точнее, уже за его пределами, могли бы быть поставлены упомянутые в начале этой главы сооружения, являющиеся продуктами других областей строительства, не имеющие идейно-художественной функции.

Всем этим я хочу еще раз подчеркнуть, что архитекторам необходимо всегда помнить о двусторонней природе архитектуры, о неразрывном единстве в ней двух начал — материального и идеального — единстве, без которого она не существует.

Только учет взаимообусловленности и взаимозависимости обеих этих сторон архитектуры, одновременное и полноценное их решение, найденное в итоге творческого процесса, могут обеспечить гармоничное совершенство архитектурного произведения.

Своеобразие архитектуры, в частности, в том и состоит, что рациональное решение вопросов функционального назначения отдельного здания или архитектурного комплекса, его эксплуатации, его конструкций, инженерного оборудования, выбора строительных и отделочных материалов, экономической целесообразности и т. п. помогает его наилучшему идейно-художественному решению и наоборот.

Выявление в архитектурно-художественном образе утилитарного назначения архитектурного произведения способствует лучшему раскрытию вложенного в него идейного содержания, которое всегда в той или иной мере связано с непосредственно утилитарным назначением здания или сооружения. Понятно, что создание материальных условий, искусственной среды для осуществления тех или иных конкретных жизненных процессов требует обязательного использования строительных и отделочных материалов, конструкций и других средств строительной техники, а главное, человеческого труда, который овеществляется в процессе строительного производства.

Помимо чисто художественной ценности, произведение архитектуры приобретает определенную, весьма значительную материальную ценность как чисто утилитарное сооружение, и эта ценность повышается в зависимости от его идейно-художественных качеств. Единство материального и духовного придает архитектуре такие особые качества, которые отличают ее от других искусств. Они повышают значение архитектуры в жизни человека и увеличивают силу ее идейно-эстетического воздействия. Отсюда — высокие требования, предъявляемые к советским архитекторам и их творческой деятельности. Они закономерно вытекают из специфики архитектуры, из ее связи с техникой и экономикой, с одной стороны, и с искусством — с другой.

Содержанием архитектуры является не только отражаемый в ее произведениях существующий внешний мир и прежде всего общественный человек с его деятельностью, бытом, мыслями, чувствами, вкусами, но и материальная частица этой действительности, создаваемая человеком в данном конкретном произведении архитектуры в виде жилого дома, промышленного здания и т. д.

В содержание архитектурного произведения входят: назначение сооружения, т. е. социальный процесс, для проведения которого создается данная материальная среда; отношение общества к этому процессу, требующее определенных условий для его проведения; конструктивно-технические, экономические и эстетические принципы решения архитектурного произведения, наконец, отношение общества к внешнему миру, к жизни вообще и к отдельным ее проявлениям, опосредованно вытекающее из всего содержания произведения.

Возьмем, например, промышленное здание — цех одного из наших заводов. Процесс, происходящий в нем, — труд. Характер условий проведения процесса — обеспечение высокой производительности труда и высокого качества продукции, наибольшего облегчения труда, полной его безопасности, соблюдение требований гигиены, удобства и т. д.; необходимость обеспечения наименьшей стоимости строительства и последующей эксплуатации здания. Во всем этом отражается отношение советского общества к процессу труда — как к труду свободному, мирному, созидательному, радостному; отношение общества к миру вообще, которое характеризуется любовью к жизни, оптимизмом, пафосом труда и борьбы за мир и построение коммунизма, сознанием величия и мощи своей Родины.

Во взятом нами примере выраженное в общих чертах и далеко не полно содержание архитектор должен раскрыть, отразить его в своем произведении, найти такой архитектурный образ, который, вытекая из наилучшего решения всех функциональных, конструктивно-технических, экономических, эстетических задач, эмоционально возбуждал бы у людей мысли и чувства, заложенные в содержании произведения.

Таким образом, архитектура, удовлетворяя определенные материальные потребности общества и одновременно отражая внутреннее содержание архитектурного произведения, запечатлевает и сохраняет для грядущих поколений взгляды, идеалы и чаяния общества, находящегося на определенной ступени исторического развития, важнейшие события его жизни, условия его материального и духовного существования и т. д. В этом находящемся в единстве и тесной взаимосвязи функционально-утилитарном и идейно-художественном содержании архитектурного произведения сказывается сложная, своеобразная природа самой архитектуры.

Если материальные основы архитектуры как области строительного производства и ее связи с наукой, техникой, экономикой достаточно ясны, то ее идейно-художественная основа значительно сложнее.

Как известно, содержанием искусства вообще как идеологической надстройки является прежде всего объективная действительность в ее многообразных проявлениях, отражаемая в конкретных единичных художественных образах.

Архитектура, рассматриваемая как один из видов искусства, также отражает действительность, но как материальное производство она участвует в создании какой-то, хотя и весьма ограниченной, части этой действительности.

Создавая город с его площадями и улицами, благоустройством и инженерным оборудованием, садами и парками, стадионами и мостами, зданиями самого разнообразного назначения, архитектор вместе с другими специалистами и строителями видоизменяет часть окружающего нас мира, приспосабливает ее для многообразных нужд общества. Каждое здание, каждое сооружение является кусочком, элементом новой, создаваемой человеком действительности.

Форма произведения любого искусства — это воспринимаемая нашими внешними чувствами внутренняя организация его содержания, способ существования этого содержания, его строение, создаваемое присущими этому виду искусства художественно-выразительными средствами. Форма — это то, во что облекается внутреннее содержание художественного произведения. Она в значительной степени обусловлена содержанием, но в свою очередь сама влияет на него.

Художественный образ или система находящихся во взаимодействии художественных образов в наглядной конкретно-чувственной форме отражает действительность. Но каждое искусство отражает ее лишь в той мере и в том виде, какие ему доступны. Каждое искусство обладает своими, особыми выразительными или изобразительными средствами, своими особыми формами, своей, свойственной только ему, системой специфических художественных образов. Само собой разумеется, что эта система имеет исторический характер.

Своеобразие каждого искусства заключается в том, что ему присуще ограниченное известными пределами свойство отражать действительность, которое зависит от его изобразительных возможностей.

По форме отражения действительности и охвату ее явлений архитектура сильно отличается от всех других видов искусства. Хотя эмоционально-эстетическое воздействие архитектуры связано с ее зрительным восприятием, оно отлично от других выразительных, а тем более изобразительных искусств.

Зрительные впечатления, получаемые от восприятия произведения живописи, вызываются изображением зрительно воспринимаемого мира, передаваемого на двухмерной поверхности картины (плоскостной, сферической, цилиндрической и т. д.) посредством линий, цвета, колорита, светотени, линейной и воздушной перспективы, иногда — фактуры поверхности и т. д. В скульптуре зрительные впечатления, получаемые от созерцания скульптурного произведения, вызываются объемным, т. е. трехмерным изображением зрительно воспринимаемого объекта внешнего мира (точнее, его внешней формы), главным образом человека. Средствами изображения в скульптуре являются применяемый материал, различная обработка его поверхности, различное освещение, иногда цвет материала и т. д.

Зрительные впечатления в архитектуре вызываются не изображением зрительно воспринимаемых, реально существующих предметов. Сами предметы — здания, сооружения, внешняя форма, художественная композиция которых создается посредством сочетания материальных (вещественных) объемов, поверхностей и использования определенных образуемых ими линий, материалов, цвета, фактуры, а также светотени, соотношений геометрических размеров элементов, составляющих внешнюю форму, создающих те или иные пропорции, ритм и т. д., — вызывают у зрителя эмоциональные эстетические переживания, которые способствуют раскрытию содержания произведения архитектуры. При этом следует помнить, что архитектурно-художественный образ произведения архитектуры отличается от художественного образа произведения живописи или скульптуры, в частности тем, что он возникает в процессе не только зрительного восприятия, но и утилитарного использования данного здания, сооружения или их комплекса.

Особенность архитектуры как одного из видов искусства состоит в том, что она не изображает достоверный, чувственно воспринимаемый облик реально существующих предметов и явлений; это сближает ее до некоторой степени с музыкой, задачей которой также не является вещественно-реальное изображение мира. Архитектуру роднит с музыкой и некоторая зависимость ее выразительных средств от математически обоснованных законов пропорций, ритма, гармонии.

Следует добавить, что художественные образы произведений архитектуры способны через ряд представлений, опосредствовании, ассоциаций, вытекающих из содержания архитектурного произведения, возбуждать у зрителя большие чувства — патриотизм, гордость за свою родину и народ, пафос труда, которые являются в конечном счете следствием решения в данном произведении как общих задач, поставленных обществом перед архитектурой на определенном историческом этапе его развития, так и частных, конкретных задач, выдвигаемых при проектировании и строительстве данного объекта.

Задача, поставленная перед советской архитектурой нашей социалистической действительностью, достаточно ясна — строить удобные и красивые, экономичные и добротные здания и сооружения, улучшать планировку и застройку наших городов и поселков, участвовать в социалистическом переустройстве сел и деревень. Она вытекает из осуществляемой всем советским народом программы развернутого строительства коммунистического общества — в первую очередь создания материально-технической базы коммунизма и коммунистического воспитания человека.

Выполнение этой величественной программы требует, в частности, всемерного развития и повышения качества строительства производственных зданий и сооружений, жилых домов, зданий всех видов культурно-бытового обслуживания населения, коммунальных предприятий и т. д.

Решение этой задачи следует рассматривать не только как одно из средств достижения самого высокого в мире уровня благосостояния советского народа, но и как необходимую предпосылку для развития коммунистических форм труда и быта и коммунистического воспитания всех членов советского общества.

Проблемы, которые возникают перед советским зодчим в процессе его работы, многочисленны и разнообразны. На первое место должны быть поставлены задачи, связанные с внедрением индустриальных методов производства работ на основе всемерного использования современной высокоразвитой строительной техники, вопросы экономики строительства, эстетики и т. д.

Далее — задачи, связанные непосредственно с проектированием данного конкретного объекта. Одни из них определяются заданием на разработку проекта, в котором указывается назначение здания, конкретные условия его размещения, требования к внутренней планировке и т. д., другие же возникают перед архитектором уже в процессе работы над проектом здания, а затем в процессе его осуществления и включают выбор приема композиции, конструкций, материалов, способов отделки, внутреннего оборудования, меблировки, убранства, поиски средств художественной выразительности.

Решение всего комплекса этих задач составляет содержание творческого процесса создания архитектурного произведения.

Главным при этом, будь это отдельное здание, сооружение или их комплекс, является решение функциональных задач, т. е. создание наилучших материальных условий, необходимых для осуществления одного или нескольких взаимно связанных жизненных (социальных) процессов — труда, быта, культуры. В неразрывной связи с ними решаются эстетические задачи, в том числе создание выразительного художественного образа, способного оказать эмоциональное воздействие на человека.

Одним из важнейших средств достижения указанной цели является строительная техника, т. е. материалы и конструкции, из которых создается архитектурное произведение, условия и методы организации строительства, т. е. процесса реализации архитектурного замысла.

Действительно, рациональная строительная конструкция в руках архитектора может стать одним из средств достижения архитектурно-художественной выразительности внешнего образа здания или сооружения.

Правдивость, ясность конструктивной формы, выбранная на основе статического расчета, гармоничность ее пропорций, являющаяся следствием продуманного, логического соотношения элементов и размеров конструкции, всегда вызывают эстетическое чувство удовлетворения ее рациональностью, логичностью.

Здесь открывается широкое поле для полного и тесного творческого содружества архитектора и конструктора. При этом архитектор должен не только выбирать совместно с конструктором тип конструкции, наиболее отвечающий назначению здания и условиям осуществления в нем конкретного жизненного процесса, но и наилучшим образом включать выбранную конструкцию в композицию здания и наиболее полно использовать ее и по прямому назначению и как одно из средств архитектурно-художественной выразительности.

Иными словами, архитектор должен в общей композиции здания «выявить» конструкцию, ее работу, придать ей выразительный, «художественный» вид (памятуя о том, что, по выражению К. Маркса, «человек формирует материю также и по законам красоты» (К. Маркс и Ф. Энгельс об искусстве, М., 1957, стр. 158.). Это достигается посредством приведения ее видных зрительно частей в единую, целостную систему пропорциональных, ритмических и масштабных отношений, увязанных со всеми остальными частями и элементами здания или сооружения, находящимися во взаимодействии с этой конструкцией, а также соответствующей обработки ее открытых поверхностей (цвет, фактура).
 
Средством архитектурно-художественной выразительности здания или сооружения может служить почти каждый строительный материал, в своем естественном виде или обработанный, если только он остается видимым.

Правильное использование конструкций и материалов здания создает возможность яркого художественного выражения общих закономерностей, которые проявляются в его конструктивной системе и характерны для нее. Оно же способствует выявлению объективных физических свойств конструкций и материалов, соотношений несущих и несомых частей, т. е. тектоники здания.

Другую группу составляют средства архитектурно-художественной выразительности, с помощью которых решаются художественные задачи, но одновременно в известной мере повышается и качество решения функциональных задач. Они используются прежде всего для выявления общего строения архитектурного произведения, композиционной структуры архитектурного организма, т. е. того, что называется архитектоникой здания или сооружения. Архитектоника произведения архитектуры, определяемая его содержанием, обусловливает объемно-пространственную структуру здания или сооружения, соотношение и взаимосвязь его главных и второстепенных элементов.

К числу главнейших средств архитектурно-художественной выразительности относится прежде всего общая композиция здания и его объемно-пространственная структура, приемы решения и принципы построения которых весьма многочисленны и разнообразны: центрические, симметричные, асимметричные свободные, лаконичные однообъемные, сложные многообъемные, высотные, горизонтально-вытянутые и т. д.

Для достижения большей эмоциональной выразительности архитектурного произведения огромное значение имеют его пропорции.

При правильном и удачном решении пропорций проектируемого здания архитектор добивается гармонического сочетания размеров отдельных его частей между собой и со всем целым. Пропорции, учитывающие внутреннее содержание архитектурного произведения, его назначение, характер, размеры и окружение, служат одним из важных средств создания правдивого архитектурного образа, способствуют реалистическому отражению действительности.

Таким же необходимым и важным средством является масштабность здания, которая, в частности, должна соответствовать его роли и значению в окружающей внешней среде, включая другие сооружения. Назначение и характер самого здания, в свою очередь, влияют на установление его общей масштабности.

Способы членения здания, его объемов, плоскостей; пластическое решение его отдельных частей и деталей; применение цвета для большего зрительного объединения отдельных элементов в одно целое или, наоборот, для их выделения и подчеркивания и т. д. также являются средствами архитектурно-художественной выразительности, которые помогают архитектору лучше и полнее раскрыть его творческий замысел.

Несколько обособленное место среди средств архитектурно-художественной выразительности занимает орнамент, который в известной мере является как бы переходным и связующим звеном между архитектурой, с одной стороны, и скульптурой и живописью, с другой. Орнамент может быть отвлеченно-геометрическим, растительным, символически-смысловым, скульптурно- или живописно-изобразительным, приближаясь к декоративной живописи и скульптуре. Но во всех случаях это — средство, которое иногда очень сильно способствует более полному раскрытию идейно-художественного содержания архитектурного произведения (посредством зрительно-образного «рассказа» о нем), усиливает эмоционально-художественное воздействие произведения архитектуры, выявляя тектонические и конструктивные свойства и особенности здания, его конструкций, частей и деталей.

В отдельных случаях архитектор в качестве средств художественной выразительности привлекает другие искусства, в первую очередь изобразительные — скульптуру и живопись, а также декоративно-прикладные.

История архитектуры дает нам много примеров синтеза архитектуры с монументальной скульптурой и живописью и иногда с литературой (различного рода тексты и надписи, используемые в утилитарных целях, для выявления идейного содержания произведения архитектуры и, наконец, в качестве декоративного элемента архитектурного сооружения).

Иногда очень сильное эмоциональное впечатление на человека производит взаимодействие музыки и архитектуры. Вспомним статью Энгельса «Родина Зигфрида», где он рассказывает о впечатлении, произведенном на него готическим собором в Ксантене (К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., 1931, т. II, стр. 63.).

Решая весь комплекс задач, особенно художественных, которые возникают при создании архитектурного произведения, архитектор должен постоянно помнить о том, что это произведение является прежде всего продуктом материального производства и, следовательно, всегда представляет собой определенную материальную ценность, а потому должно соответствовать конкретным экономическим условиям данного времени.

Экономические условия и технические средства в большой степени определяют собой процесс творческой работы архитектора — композицию архитектурного произведения и конечный ее результат — здание или сооружение.

Творческий процесс создания архитектурного произведения обычно начинается с момента получения архитектором задания на конкретный архитектурный объект — отдельное здание, сооружение или их комплекс. Иногда задание может быть очень общим, ограничиваться только темой — жилой дом, театр, мост и т. д., и архитектор должен сам или совместно с соответствующими специалистами собрать все исходные данные для начала работы и разработать детальную программу проектирования. Но даже будучи предельно кратким, оно обычно уже дает первый толчок для начала творческого процесса — возникновения первоначального, самого общего архитектурного замысла, идеи здания. Задание может быть достаточно полным, даже исчерпывающе точным, и представлять собой подробную программу проектирования, т. е. не только определять назначение здания, место постройки, но и указывать перечень помещений, их размеры, площадь, группировку, устанавливать объем, обязательные к применению конструкции и материалы, характер оборудования, различные специальные требования, а также содержать необходимые данные об участке, грунтах и т. п. Но и в этом последнем случае первоначальный замысел, которым начинается весь творческий процесс, возникает сначала в воображении архитектора в самых общих чертах, без деталей.

Эта самая начальная стадия создания архитектурного произведения характеризуется возникновением у архитектора ряда однородных или различных представлений о будущем здании, общих и недостаточно отчетливых в отношении основных элементов — плана, разреза, фасадов, хотя в целом они могут быть яркими, сильными, выразительными. Они могут возникать или последовательно одно за другим, или вытекать одно из другого, как бы развивая одну и ту же архитектурную идею. Раз возникнув, начальный архитектурный образ здания постепенно развивается в беглых, а иногда довольно устойчивых представлениях или же сменяется рядом новых самостоятельных представлений — образов, из числа которых архитектор производит свой первый отбор.

Если подготовка и воспитание зодчего в архитектурной школе и его творческое развитие в начале практической работы верно направлялось его учителями и руководителями или самостоятельно шло правильным путем, то в последующей творческой работе первоначальный замысел — идея здания, начальный архитектурный образ, всегда возникает как зрительный объемно-пространственный и обязательно целостный, т. е. такой, который является образом всего здания, а не взятых отдельно планов, фасадов, конструктивной и тектонической систем. Образ должен быть целостным и потому, что в воображении архитектора, возникает одновременно в единстве все содержание будущего произведения архитектуры и его форма, предположительно лучшим образом раскрывающая содержание.

Начальный образ будущего архитектурного произведения после его дальнейшего развития, завершения и реализации в виде выстроенного здания должен, как это хотелось бы архитектору-автору, возникать и у других людей. Но прежде архитектурный образ должен пройти длинный путь развития, в процессе которого ведущая роль остается за архитектором — автором замысла. При этом чем больше образ конкретизируется, чем ближе подходит к моменту своего воплощения в материальный предмет — в здание, тем больше становится участников всего этого сложного творческого процесса.

Плох тот архитектор, который отказывается от ведущей роли до завершения всего творческого процесса, т. е. до полного окончания строительства, и ограничивает ее только замыслом или какой-то другой ближайшей стадией его разработки.

Начальный образ здания, целостно возникший в воображении архитектора, обычно сохраняется в процессе дальнейшего развития таким же целостным, становясь только все более ясным и определенным, хотя работа над ним обычно растекается по разным руслам и даже частями передается в разные руки.

Назначение здания, обслуживаемые им процессы, необходимый для этого состав помещений, их группировка, место сооружения, различные общие и специальные условия проектирования, технические и экономические возможности, градостроительное, политическое, народнохозяйственное, культурное, эстетическое значение здания — все это оказывает большее или меньшее влияние на ход мысли архитектора-автора и дальнейшее развитие начального архитектурного образа.

Трудно проходить эту начальную стадию творческого процесса только мысленно, пользуясь одним лишь воображением и памятью. Здесь на помощь архитектору приходит его профессиональное умение фиксировать и уточнять свои мысли зарисовкой их — эскизированием — с помощью беглых, обобщенных и часто поначалу неточных, но самому автору понятных набросков, своего рода условной архитектурной скорописи.

Эти лаконичные заметки, иногда внешне очень эффектные, хотя автор обычно к этому и не стремится, особенно хорошо характеризуют как сам творческий процесс, так и творческое лицо архитектора.

Чаще всего это наброски внешнего облика здания — его фасадов, перспективных изображений, которые обычно сопровождаются самыми обобщенными схемами планов и разрезов. Но даже отсутствие последних отнюдь не означает преимущественного внимания архитектора к внешнему виду здания, так как общая объемно-пространственная структура (т. е. основа решения планов и разрезов, а не только фасадов) на этой начальной стадии работы достаточно полно и ясно для архитектора выражается именно такими беглыми эскизами.

Для дальнейшего развития постепенно уточняемого и проясняющегося замысла становится необходимой раздельная и все более детальная разработка отдельных его сторон. Начинается эскизирование планов здания и одновременно — генерального плана, уточняется его объемно-пространственная организация, появляются идеи конструктивных схем и самих конструкций, их тектонического выражения, уточняются разрезы и фасады. В этом процессе нет и не может быть строгой и определенной последовательности, обязательной во всех случаях. Разрабатывая проект, архитектор ни на минуту не забывает об общем целостном образе здания и увязывает с ним теперь уже отдельно разрабатываемые его стороны. В процессе работы, если этого требуют обстоятельства, он вносит изменения в первоначальный образ, корректирует его, уточняет и совершенствует. Порядок этого этапа разработки устанавливается такой, какой в данный момент нужен для дальнейшего развития целостного объемно-пространственного образа здания.

На порядок и характер работы в значительной мере влияет тема — назначение здания, его содержание. В одних случаях больший упор делается на решение внутренней планировки, в других — на разрез и конструктивную систему; иногда большее внимание требует внешний облик здания, его объемное решение, фасад. Но всегда архитектор исходит из сложившегося в его воображении общего целостного образа проектируемого здания или сооружения.

В жизни мне не раз приходилось встречать и другой, на мой взгляд, порочный метод проектирования, с помощью которого хотя и можно построить здание, но нельзя создать подлинного произведения архитектуры. Обычно в этом случае сначала, исходя из заданной программы, разрабатывают планы, аккуратно укладывая в них все помещения, с учетом их связи и группировки, затем, установив внутреннюю высоту помещений и, если это нужно, прикинув разрезы здания, решают фасады. Бывает и наоборот — решив фасады, переходят к разработке планов и «подгонке» их к фасадам.

Здесь открывается широкое поле для узкой специализации. Появляются «архитекторы»-планировщики, фасадники, перспективисты, озеленители, интерьерщики... Одни из них специализируются лишь на эскизной разработке здания (так сказать «композиторы», «сугубо творческие работники»), другие становятся специалистами по рабочим чертежам. Но архитектор, зодчий в истинном понимании этого слова, исчезает, и остается только ремесленник, далекий от подлинного мастерства.

Виновником такого положения бывает архитектурная школа, готовящая архитекторов; часто к этому приводит неправильная организация труда архитектора, но прежде всего дело в самом архитекторе.

Предпринятой мной попыткой анализа творческого процесса работы архитектора, основанного на долголетнем личном опыте, мне хотелось бы, насколько это в моих силах, помочь моим младшим товарищам по профессии в решении больших задач, стоящих сегодня перед советской архитектурой в период развернутого строительства коммунизма в нашей стране.

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос задается для предотвращения попыток автоматической регистрации