Об архитектуре колхозного жилища. Вутке О.А., 1936

Статья «Об архитектуре колхозного жилища». Автор: Вутке О.А. По изданию «Проблемы архитектуры. Сборник материалов. Том I, книга 2». Издательство Всесоюзной Академии Архитектуры. Москва. 1936 г.


Проблема архитектуры колхозного жилища заключается на данном этапе в правильном разрешении в первую очередь проблем архитектуры индивидуального жилья и усадьбы колхозника, т. е. небольшого комплекса, состоящего из односемейного жилого дома в 2, 3 или 4 комнаты и хозяйственных построек при нем. Строительство этого комплекса должно осуществляться из простейших материалов; при этом централизованные системы санитарно-технического благоустройства отсутствуют. Незначительность масштабов объекта по сравнению с обычными архитектурно-творческими задачами и большая экономичность при проектировании реального колхозного строительства ставят исключительные трудности на пути внесения в, это строительство элементов подлинной, «высокой» архитектуры. Задача архитектуры колхозного жилища осложняется еще целым рядом требований, играющих в городском строительстве значительно менее важную роль. Сложность и многообразие хозяйственно-бытовых особенностей жилья на селе, национально-бытовые черты каждой области и даже района, в основе которых, как правило, лежат глубоко оправданные местные специфические условия, национальные формы, относительная примитивность стройматериалов, конструкций, низкий качественный уровень технических сил и рабочих рук на селе — все это архитектор обязан учесть, получив, предварительную специальную подготовку. Ни старая, ни современная высшие архитектурные школы до сих пор вовсе или почти не уделяли внимания архитектуре и строительному искусству на селе, а также архитектуре малых форм. Для архитектора проектирование деревенского жилища является вообще совершенно новой задачей, а проблема проектирования колхозного жилища тем более сложна, что в этой области нет почти никакого опыта. Новые социально-политические и общественные отношения вносят значительную долю новизны в идеологическое содержание задачи. Ответить полностью этому содержанию единой с ним формой — означало бы найти новый архитектурный образ жилища, хотя и простого и скромных размеров, но радостного, культурного и зажиточного.

Естественно, что громадную и даже подчас решающую роль в этой проблеме будут играть вопросы планировки села и архитектуры общественно-культурного строительства. Не задаваясь, однако, целью в этой работе дать концепцию главнейших элементов архитектуры села в целом, автор поднимает только вопросы жилья для одной и двух семей (односемейный и парный дома). Вое принципиальные вопросы он развивает на основе трех его экспериментальных проектов, составленных в кабинете сельскохозяйственной архитектуры Академии.

Эти проекты составлялись отнюдь не как «типовые». Составление «типовых» проектов, колхозных жилищ должно быть вообще отвергнуто. В этом отношении нас лучше всего учат существующие деревни, не только в нашей, но и в любой стране. В каждой деревне мы, как правило, встречаем только один-два типичных приема планировки жилого дома. Типичным является именно плановый узел основных помещений и основные конструктивные приемы реального воспроизведения этих планов в натуре. Но самые размеры, пропорции и особенно элементы архитектурной отделки трактуются в каждом доме весьма разнообразно, даже если объемно-пространственное решение и характер силуэта всех изб деревни одинаковы. Таким образом, до сих пор деревня, оставаясь весьма типичной в каждом районе, сумела избежать штампа однообразия. Автор искал в плановых решениях каждого проекта такой скомпанованности всех функциональных элементов, чтобы можно было на базе данного планового узла с возможно большей свободой варьировать размеры, пропорции и объемно-пространственное решение. Конкретная же внешняя архитектурная проработка давалась сугубо индивидуальная, и в этом отношении каждый из проектов должен рассматриваться только как объект, в данном селе лишь единожды осуществляемый.

Нужно было, чтобы не проектировать отвлеченно, остановиться на определенном национально-климатическом районе. Таким районом была выбрана кабинетом на первый период работы средняя полоса СССР, т. е. русское колхозное жилище центральных районов. Чтобы поставить ряд архитектурно-формальных и технических проблем, все проекты (в количестве трех) разрешены в разных материалах. В первом проекте жилого дома (см. рис. 1 и 2) основным материалом взят кирпич в стене облегченной конструкции (например Герард) или стена в 40 см из шлакобетона, силикаторгаников и т. п. с оштукатуркой снаружи и внутри. На рис. 3 и 4 показан один из предварительных вариантов к тому же плану. Рис. 4 показывает, как в корне может быть изменен внешний облик при иной трактовке и иных материалах архитектурной обработки, но совершенно одинаковом плане. Во втором проекте (рис. 5 — 8) принята деревянно-рубленая конструкция без оштукатурки. В третьем — облегченная деревянная рубленая или каркасная конструкция с двусторонней оштукатуркой. Каждая из этих основных конструкций ставит свои специфические требования к обработке архитектурных деталей. Эти конструкции, в противоположность весьма распространенному мнению, почти не влияют на плановые решения, которые в тех относительно ничтожных габаритах, в которых строится крестьянское жилище, могут быть легко выполнены почти из любых материалов. В отношении полов, перекрытий, кровли и т. п. принято простейшее и единственно реальное для центральной полосы СССР решение — в основном из дерева. Кровле во всех трех проектах придан такой уклон, что она может быть выполнена из любых материалов, вплоть до щепы и черепицы, требующих наиболее крутых скатов.

Рис. 1. План построек и усадьбы односемейного колхозного жилища с несгораемыми стенами
Рис. 1. План построек и усадьбы односемейного колхозного жилища с несгораемыми стенами: 1 — парадное крыльцо, 2 — сени-прихожая со шкафом-вешалкой, 3 — лестница в светлицу и на чердак, 4 — жилая комната (4,70 X 4.70 = 22,00 м2), 5 — спальня родителей (4,00 X 3,50 = 14,00 м2), 6 — спальня детей (4,00 X 3,00 = 12,00 м2), 7 — коридор, 8 — питьевая вода, 9 — кухня-людская, 10 — двухсторонний шкаф для посуды и окно для передачи еды, 11 — мусорное ведро, 12 — хозяйственный коридор, 13 — спуск в подвал (корнеплоды, овощи — к улице, ледник — в сторону двора, 14 — кладовка для продуктов, 15 — кладовка для вещей, 16 — дворовое крыльцо-галерея, 17 — кормовая кухня и постирушечная, 18 — котел для нагрева воды, 19 — место для новорожденного окота, 20 — умывальная и ванная, 21 — тамбур, 22 — люфт-клозет, 23 — навес, 24 — закрытое место для инвентаря, ульев и т. п., 26  — веранда с выемным застеклением, 27 — сад, 28 — цветочная клумба, 29 — беседка, 30 — песочный ящик для ребят, 31 — пчельник, 32 — фруктовые деревья, 33 — ягодные кусты, 34 — ягодные грядки, 35 — столовая зелень (тыква и т. п.), 36 — рассада, 37 — тарник, 38 — просеянная земля, 39 — пойло, 40 — колодец, 41 — место для запаса дров, 42 — лаз на сеновал, 43 — крытый навес, 44 — кормовой проход, 45 — птица, 46 — свиньи с приплодом, 47 — корова, 48 — телки, 49 — овцы, 50 — мочесток, 51 — уборочный проход, 52 — компост, навоз, мусор, и т. п., 53 — задние ворота, 54 — двор, 55 — навес для сушки зерна, 56 — закрома, для зерновых продуктов, 57 — лицевые ворота

Прежде чем перейти к детальному обоснованию каждого из проектов домов, остановимся на главнейших принципах планировки усадеб (рис. 1, 6, 9). Правильное решение этих вопросов приобретает исключительно важное значение не только для общего облика жилища, но также и для жилого квартала, улицы и даже колхоза в целом. В целях санитарии и культурного быта необходимо максимально освободить проезжую улицу колхоза на которую выходят жилые дома, от сугубо хозяйственных функций и особенно от прогона скота. Улица мыслится «жилой», чистой, максимально озелененной и должна служить главным образом для прохода и проезда людей. Хозяйственное обслуживание огородов, перевозка навоза, протон скота и т. п. должны происходить по специальным, как правило, параллельным улице дорогам. Такую «хозяйственную», или «скотопрогонную», дорогу можно проложить двояко: во-первых, дорога разрезает индивидуальный участок на две части, оставляя спереди дом, службы и двор, а сзади относительно большой участок огорода, и, во-вторых, дорога проводится на самых задах, оставляя индивидуальную усадьбу цельным прямоугольником. В первом и третьем проектах скотопрогонная дорога легла посреди усадьбы. Во втором проекте скотопрогонная дорога намечается на задах. Применение первого приема наиболее выгодно, если усадьбы расположены с одной из сторон улицы с выходом огородов на границу селитебной площади. Если же индивидуальные участки двух параллельных улиц стыкаются на задах, то будет удобнее проводить только одну скотопрогонную дорогу, хотя практически на проезд от скотопрогонной дороги вдоль огорода на индивидуальный двор каждого колхозника потребуется больше земли, чем при прокладке двух разрезающих индивидуальные усадьбы параллельных скотопрогонных дорог.

Площадь каждой индивидуальной усадьбы во всех трех проектах твердо не фиксирована. Постановлениями местных исполнительных комитетов все районы нашей страны получили уточненные размеры индивидуальной усадьбы, а именно от 0,25 га до 1 га, в зависимости от района и характера местных сельскохозяйственных производств. Но для разрешения архитектурной задачи планировки усадьбы и построек на ней, естественно, наиболее важно разрешить головную часть усадьбы, занимающей, как правило, лишь меньшую часть всего участка. Наиболее целесообразно все постройки на индивидуальной усадьбе сосредоточить только в головной части, чтобы предоставить в будущем наибольшую свободу использования и планировки всей территории широкой полосы огородов. Нужда в ригах, токах и овинах, которые устраивались в старое время, теперь, при колхозном хозяйстве, отпадает. Чрезвычайно важно правильно разрешить, что именно, кроме построек, должно быть сосредоточено на головной части усадьбы, особенно если последняя прорезается скотопрогонной дорогой. Для условий средней полосы СССР, при основном зерноводческом и огородном хозяйстве колхоза, безусловно необходим хотя бы небольшой сад. Само собой разумеется, что этот сад должен охватить, по возможности, больше сторон дома и некоторою своею частью отгораживать дом от улицы. Окна жилых комнат должны, по возможности, также выходить в сад. Переднюю часть сада необходимо, как правило, занять цветником, как очень эффектным средством украшения со стороны улицы всей усадьбы и жилого дома. Другую, преимущественно заднюю часть сада, наиболее выгодно будет занять под фруктовые деревья и ягодные кусты. Каждое, хотя бы и самое маленькое, садово-огородное хозяйство требует ряда вспомогательных грядок для рассады. В головной части усадьбы необходимо устраивать также грядки для более ценной столовой зелени, требующей более тщательного ухода, надзора и охраны, как например клубника, редиска, салат и т. п. Здесь же необходимо предусмотреть место для небольшого парника, просева чернозема и т. п., без чего невозможно вести интенсивное садово-огородное хозяйство. Вся территория сада должна быть огорожена частым забором или плетнем, главным образом для защиты от потравы домашним скотом и особенно
птицы.

Другим обязательным элементом головной части территории усадьбы является двор. Во двор должен быть выход из дома и все выходы из служебных построек. Теперь, когда во дворе колхозника отсутствует тягло и весь тягловый инвентарь, двор предназначается в основном для скота и птицы. В условиях села это будет, как правило, небольшая зеленая площадка, являющаяся выгулом для скота и местом всякой Хозяйственной и домашней работы на воздухе. Для наблюдения за двором из дома окно кухни проектируется выходом во двор.

Хозяйственные постройки во дворе должны в основном состоять из амбара для зернопродуктов, навеса для всяких хозяйственных работ под крышей, сушки зерна, овощей и т. п. и хлева для скота. Последний желательно устраивать в санитарно-техническом отношении наиболее совершенно. Поэтому во всех трех проектах предусматривается расстановка скота в хлеву между двумя проходами, из которых один служит кормовым, другой уборочным. Непосредственного соседства между птицей и свиньями, с одной стороны, и рогатым окотом — с другой, желательно избегать; поэтому закуты для них устроены в проектах раздельно. Во дворе желательно иметь, кроме того, навес или сарай для хранения дров и всякого хозяйственного инвентаря. Но этот навес может быть объединен с первым навесом, о котором упоминалось выше, но лишь при условии, если он не является проходным и имеет форму кармана, удобного для размещения и предметов хозяйства и дров.

Все эти элементы головной части усадьбы расположены в каждом из трех проектов в качестве вариантов по-разному. В первых двух проектах сад занимает примерно половину усадьбы, а другую половину занимает двор. Но въезд во двор со стороны улицы в обоих этих проектах сделан с некоторым отступом от красной линии улицы. Это сделано для того, чтобы, с одной стороны, дать вход в дом с улицы, не проходя через сад, с другой, избегая скучной линии заборов вдоль тротуара, сохранять за сельской улицей ее живописный характер. Ограничение улицы ровным забором является характерной особенностью коммерчески эксплоатируемого дачного строительства и не обладает никакими архитектурными достоинствами. Из планов двух проектов видно, что улица как бы несколько внедряется в индивидуальный участок, создавая при входе в дом около крыльца небольшой лужок, тут же расположена скамья для посиделок. Такое расположение делает, кроме того, всю планировку в натуре более открытой и приветливой. Безусловно, возможно также ограничить участок к улице прямым забором. Третий проект сделан именно так. Но и в этом случае даются удобные скамьи для посиделок с парадной калиткой, а дом отодвинут несколько глубже на участок. Кроме того, в этом проекте в порядке опыта сад для обоих семейств, проживающих в доме, объединен, а вся остальная территория усадьбы строго разделена пополам. Для случаев, когда в доме будут жить две родственные или просто дружные семьи, такое решение может оказаться вполне реальным. Часть сада по границе с соседом неминуемо приходится все-таки отгораживать лентой для проезда с улицы во двор. Но, чтобы эту, по существу зеленую, площадь не терять под проезд, в проекте дается двое ворот — первые с улицы и вторые за садом во двор. Тогда домашняя птица и скот будут изолированы от сада и огорода.

Жилой дом во всех трех случаях поставлен на участке основной главной архитектурной осью по центру участка, но от этой оси силуэт дома разворачивается несимметрично. Автор считает это очень важной и характерной особенностью архитектуры жилой улицы; иметь в образе жилого дома некоторую центрирующую ось, безусловно, желательно для достижения соответствующей парадности, но трактовать от этой оси весь жилой дом симметрично было бы принципиально неправильным. Жилой дом должен восприниматься только как часть общего комплекса квартала и села, а не как самодовлеющий архитектурный объект, который с успехом может стоять и особняком. В связи с этим в третьем проекте, представляющем собой один дом па две семьи, автор решительна отказался от соединения по линии брандмауэра двух одинаковых ячеек. Как бы ни обрабатывать такой двуединый объем фальшивыми фронтонами или другими архитектурными средствами, он всегда будет изображать своего рода фигуру игральных карт с головами в разные стороны и сросшимися туловищами.

Неодинаковость каждой из половин первого дома в третьем проекте вызывается, кроме того, и другими соображениями. Нередко на селе встречаются большие семьи, состоящие из трех поколений. Оба старших поколения работают, и каждое из них может иметь свое раздельное личное хозяйство. Но в быту они все остаются одной большой семьей. Соответственно этому по-особому составлен и самый план дома, допускающий как полное объединение двух квартир в один односемейный дом (путем устройства добавочных междукомнатных дверей), так и, при желании, в любой момент полную изоляцию обеих половин друг от друга. Поскольку при таком делении большой семьи на две они, как правило, по количеству окажутся неравными, постольку и квартиры сделаны одна в 3 зимних комнаты, другая в 2 зимних и 1 летнюю комнату (светлицу).

Исключительно важное значение в архитектурном отношении имеет на селе весь архитектурно-объемный комплекс построек на усадьбе. В этом отношении в первом проекте (рис. 1) дана попытка ввести в общий фасад на улицу амбар, неразрывно связанный с домом посредством ворот. Хлев отодвинут в глубь участка и в архитектурном отношении увязан с домом только формой двора. Однако в первом проекте сделана попытка специального «типичного» решения, принцип которого может на практике оказаться весьма целесообразным. Планировка самой избы и хозяйственных помещений сделана так, что хлев может быть пристроен непосредственно к избе, а не стоять на относе (см. рис. 3). Это очень острый и важный вопрос. Для удобного ухода за скотом, особенно в зимнее время, а также для лучшей сохранности скота, желательно, по опыту вполне культурных сельских жилищ Запада и Скандинавии, пристраивать хлев непосредственно к жилому дому. Но это всё же влечет за собой, безусловно, менее удовлетворительную санитарную обстановку. Большинство самих колхозников в многочисленных письмах, собранных кабинетом сельскохозяйственной архитектуры Академии, выражают пожелание отрыва хлева от избы. К этому их принуждают не только соображения санитарии, но и меньшая пожарная опасность для скота. Органы здравоохранения также стоят на точке зрения разрыва между этими двумя строениями не менее чем в 12 м. При таком разрыве опасность от переноса заразы мухами и доступа вредных газов из хлева к дому заметно уменьшается. На специальном совещании по этому вопросу, проведенном в Академии архитектуры, была принята установка допускать непосредственное соединение хлева с жилым домом только в особо ветренных и снежных районах и местностях Союза. Предполагается, что даже в одной и той же деревне недопустимо проектировать дом с пристроенным хлевом на усадьбе, выходящей на открытую подветренную сторону, не разрешая, однако, того же самого для остальных, более защищенных усадеб того же колхоза. Как видно из плана первого проекта, непосредственное примыкание  хлева к тыловой пристройке избы, по существу, не меняет планировки самого дома и усадьбы, за исключением переноса колодца и, кроме того, иного устройства входа в хлев. Архитектурный же облик всех построек объединен в единый объемно-пространственный комплекс.

В остальных двух проектах (рис. 5 и 9) хозяйственные пристройки отнесены в глубь участка, но связаны с домом легкими галереями-переходами, которые не только пространственно объединяют весь комплекс, но при покрытии их легкой крышей дают возможность сухого перехода в непогоду из избы в амбары, хлев и под навесы.

В отношении расположения на усадьбе двора первые два плана дают решение дворов, непосредственно примыкающих к избам. На третьем плане — спаренной избы дана попытка окружить дом со всех сторон зеленью; спереди и с боков — садом, сзади — ягодно-плодовым огородом. Двор расположен, отступя от дома, за этим огородом, но остается на виду из избы. Такое полное окружение дома зеленью не только красиво, но и удобно для ухода за парником и грядками. Однако отвод скотного хозяйства как бы на второй план должен быть сначала испытан практически, и только тогда этот прием планировки усадьбы можно будет рекомендовать для массового строительства.

Переходя к обоснованию планов самих жилых домов, придется попутно останавливаться на целом ряде важнейших архитектурно-строительных и функциональных проблем. В основу всех трех проектов положен прием внесения в основной, обязательно простой по кенгуру, объем (основную клеть) только жилых комнат и кухни в первом проекте сюда же (включена еще небольшая веранда). Все вспомогательные хозяйственные помещения при избе выносятся в пристройки. Это целесообразно не только потому, что эти вспомогательные помещения можно делать меньшей высоты, но главным образом по причине создания этим лучших санитарно-гигиенических условий и лучшей теплозащиты основного жилого объема. Сельское строительство будет еще долгое время выполняться в облегченных материалах и конструкциях. Издавна основное ядро жилища строится более солидно, чем вспомогательные помещения, особенно не требующие полного отепления. Это объясняется тяжелыми условиями защиты от атмосферных влияний, затруднительностью борьбы с ними, поскольку все стороны дома подставлены ветрам и дождю, а также экономичностью строительства. Этот опыт мы должны полностью использовать и в наше время. Наиболее полно и последовательно пристройки выполнены в первом проекте. С левой стороны дома дана в одной пристройке группа помещений, в которых не будет происходить никаких мокрых и грязных работ, а именно: красное крыльцо, сени с раздевалкой и лестницей на чердак, две кладовки для продуктов и вещей и небольшой коридор с выходом во двор. В подполье этой пристройки, недоступном для воды, удобно устроить погреб для корнеплодов и ледник, так как по санитарно-гигиеническим и строительным соображениям нельзя строить погреб под основной жилой клетью дома. Известно, что в деревнях до сих пор картофель и другие корнеплоды хранятся часто под жилой частью избы, отчего гниет дом и портится в жилье воздух. Такому решению мы подражать не должны.

В другой пристройке с тыловой части дома сосредоточены все помещения подсобного и санитарного характера, а именно: уборная, ванная и особое помещение, назначение которого требует более детального пояснения. В личном хозяйстве колхозника, при наличии до десяти голов скота и нескольких десятков голов птицы, имеется постоянная потребность в приготовлении корма для этого скота, а иногда и содержании молодняка в относительном тепле. Сельское хозяйство требует, кроме того, целого ряда мокрых и грязнящих работ, как-то: промывка и чистка овощей и т. п. Необходимо также учитывать, что даже при наличии в колхозе общей прачечной в доме постоянно будет происходить мелкая постирушка, особенно если в семье есть дети. Обычно в ваших деревнях все эти процессы, как правило, происходили частью на кухне, а частью в сенях. Такое примитивное разрешение вопроса, конечно, не отвечает новым культурным требованиям. Здесь необходимо использовать опыт лучших примеров нашего сельского строительства я особенно некоторых культурных сельских жилищ в западных и скандинавских странах. Там обязательно, кроме людской кухни, строится рядом кормовая или постирушечная с небольшим котлом для согревания воды.

Обе пристройки в первом проекте соединяются между собой небольшой галереей, являющейся одновременно дворовым крыльцом. Это является характерной особенностью строительства на селе, где в отличие от поселкового и городского строительства требуется не просто защищенный от дождя выход из дома, а именно небольшая галерея-крыльцо. Здесь производится целый ряд летних и осенних работ в любую погоду. При этом характерно, что эти крыльца делаются, как правило, обязательно на уровне от 0,7 до 1 м от земли, почти на уровне чистого пола избы. Так же делаются и парадные крыльца. Такая высота крыльца и чистого пола избы в средней полосе СССР вовсе не случайна. Мы встречаем, как правило, то же самое даже в лучших старых особняках и помещичьих домах. Объясняется это главным образом зимними и весенними условиями (нагромождением и таянием снегов). Снег создает значительное повышение уровня участка, и если бы не поднимать крыльца, то около него образовались бы ямы, зимой заносимые снегом, а весной превращающиеся в лужи. Такие картины мы можем наблюдать во многих рабочих поселках, куда слишком механически были перенесены методы чисто городского строительства. Подъем до 1 м и больше уровня чистого пола избы имеет исключительно важное практическое значение для долговечности деревянных полов. Ремонт пола, таким образом, происходит без затруднений в основном узле сопряжения пола со стеной. Гниение (в подполье прежде всего наминается в нижних частях цоколя или заваленки, задолго до порчи балок пола. Подъем пола от земли значительно' улучшает и санитарно-гигиенические условия в самих жилых помещениях.

Во втором проекте все хозяйственные помещения сосредоточены в одной пристройке. Здесь это сделано для показа возможности максимального их сокращения, ниже которого итти не следует. По этой причине во втором проекте не делается и отдельной ванной комнаты. В третьем проекте спаренного дома каждая квартира имеет свою пристройку, причем одна из них спроектирована более обширной — с ванной для большой семьи. Однако во всех случаях предусматривается кормовая кухня-постирушечная, причем для показа характера использования этого помещения оно сделано во всех случаях проходным. Этим подчеркивается, что кормовая кухня вовсе не должна являться каким-то совершенно отдельным помещением. Больше того, возможны и такие решения, когда кормовая будет служить одновременно черными сенями, т. е. удобным помещением для разных хозяйственных работ и поделок. Отсутствие забот у колхозников но сохранению и ремонту тягла и сбруи на своих дворах еще не означает, что отпадают вовсе и всякие мелочные работы в закрытых помещениях. Особенно вырастают эти проблемы при условии, если колхозники в своих жилищах занимаются еще каким-либо кустарным промыслом. Использование кормовой кухни, как мастерской, является, конечно, недопустимым, и нужно будет предусмотреть еще одно, в данных трех проектах отсутствующее, помещение — мастерскую для кустарных работ. В южных и западных районах нашей страны такие мастерские часто устраиваются без отепления, и иногда даже около хлева. Поскольку в средней полосе СССР кустарные работы происходят, как правило, особенно интенсивно в зимнее время, постольку необходимо проектировать мастерскую в непосредственном примыкании к дому с возможным, хотя бы вспомогательным, отоплением.

В планы основной жилой клети данных проектов, являющейся, конечно, самым важным и решающим элементом всей композиции, внесен, по сравнению со старым типом русского деревенского жилища, целый ряд самых решительных изменений и улучшений. В первую очередь количество комнат в квартире должно быть не менее трех. Этого требуют сами колхозники в своих письмах и обращениях, и это является необходимой предпосылкой культурного быта. Проектируемая квартира состоит: из двух спален — для родителей и подрастающих детей — и из центральной комнаты общего пользования, которая, как правило, не используется для сна. Мы знаем из быта старой деревни, особенно в зажиточных районах юга, что в кулацких избах часто устраивался так называемый «зал»; это относительно большая комната, наиболее тщательно отделанная (если, например, в доме полы некрашеные, то в зале они обязательно покрашены). Здесь стояла наиболее парадная мебель, но комнатой семья практически в обыденное время не пользовалась. Это помещение специально предназначалось для празднеств и приема гостей. Совсем не этот характер использования предполагается для комнаты общего пользования в современной колхозной избе.
 
Эта комната предназначается именно для постоянного ее использования всеми членами семьи. Естественно, что и семейные празднества будут происходить здесь же, ню главное ее назначение — это изолировать дневную и вечернюю жизнь семьи от спален и этим создать условия как культурного, так и правильного санитарного и гигиенического бытового режима. К этой центральной комнате приходится в архитектурном отношении подходить с большими требованиями. Архитектурные качества интерьера этой комнаты будут решающими для оценки всего строения в смысле внутреннего его вида и устройства. Поэтому во всех трех проектах уделено особое внимание расположению в этой комнате входа, печи (желательно с камином), устройству и форме окон и т. п. Безусловно желательно, чтобы эта комната выходила окнами на улицу; спрятать эту комнату в сад или во двор — это значит уйти от общественной жизни улицы и придать проекту несвойственную колхозному жилищу замкнутость. Там, где это сделать затруднительно, как, например, в меньшей половине парной избы в третьем проекте (рис. 9), можно устроить эркер, который дает хотя бы некоторую возможность выглядывать на улицу и видеть людей, подходящих к дому.

План колхозного жилища (и усадьбы на две раздельно живущих семьи с возможностью объединения усадьбы и дома в одно хозяйство. Левая изба на одну семью в три комнаты; правая изба для другой семьи в две комнаты с летней светлицей
Рис. 9. План колхозного жилища (и усадьбы на две раздельно живущих семьи с возможностью объединения усадьбы и дома в одно хозяйство. Левая изба на одну семью в три комнаты; правая изба для другой семьи в две комнаты с летней светлицей: 1 — веранда с выемным застеклением и крыльцом, 2 — сени-прихожая, 3 — жилая комната (4,60 X 4,40 = 20,24 м2) и жилая комната (6,20 X 3,80 = 23,56 м2), 4 — спальня малая (3,60 X 2,20 = 7,92 м2), 5 — спальня (3,75 X 3,75 = 14,06 м2) и спальня (3,80 X 3,80 + 2,70 X 0,60 = 16,06 м2), 6 — кухня-людская, 7 — двухсторонний шкаф для посуды и окно для передачи еды, 8 — мусорное ведро, 9 — питьевая вода, 10 — хозяйственный коридор, 11 — лестница или люк в подвал, 12 — кладовая, 13 — ванная и умывальная, 14 — кормовая кухня и постирушечная, 15 — котел для нагрева воды, 16 — люфт-клозет, 17 — шлюз, 18 — тамбур, 19 — дворовое крыльцо-галерея, 20 — кадка для дождевой воды, 21 — навес для дров и хозяйственного инвентаря, 22 — забор, разграничивающий соседей (при объединении обоих семейств убирается), 23 — колодец, 24 — закрома для зерновых продуктов, 25 — навес для дров и хозяйственного инвентаря, 26 — куры, 27 — свинья, 28 — корова, 29 — телки, 30 — овцы, 31 — кладовая для инструментов и т. п., 32 — кормовой проход, 33 — уборочный проход, 34 — навозохранилище и мусор, 35 — хозяйственный двор, 36 — корыто для поения скота, 37 — ягодные кусты, 38 — ягодный грядки, 39 — столовая зелень, 40 — рассада, 41 — стол и скамьи, 42 — просеянная земля, 43 — парник, 44 — фруктовые деревья, 45 — беседка, 46 — цветники, 47 — цветочная клумба, 48 — песочный ящик для детей, 49 — лестница в светлицу, 50 — сени-коридор, 51 — при объединении обоих семейств окошко в этом месте заменяется дверью, 52 — парадная калитка, 53 — проезд с улицы во двор, 54 — ворота, 55 — калитка, 56 — индивидуальный огород, 57 — пасека

В большой и тесной связи с этой комнатой общего пользования находится веранда. Едва ли нужно доказывать, что каждое жилище колхозника должно иметь крытую веранду. В одном случае это может быть сильно развитое красное крыльцо, в другом это будет специально выстроенная веранда, доступная только непосредственно из комнат и сада. Для того чтобы пользоваться такой верандой возможно более продолжительное время в течение года, она должна быть обязательно остеклена. Однако это может быть не только обычная застекленная веранда дачного типа. Опыт сельского строительства показывает, что даже в очень отдаленных от центра деревнях веранды часто устраиваются по своей конструкции открытыми, только со сплошными перилами. Летом эти веранды стоят действительно открытыми, но как только наступает похолодание, между стойками устанавливаются на перила легкие остекленные переплеты, приносимые с чердака или из кладовки. С этого момента можно пользоваться верандой еще долгое время. Только в наиболее суровые зимние месяцы веранда используется как своего рода тамбур, являющийся довольно удобным местом хранения некоторых редко применяемых зимой предметов и вещей. Такая веранда является дополнительной защитой от холода, и к наружной стене, (выходящей на веранду, можно будет даже приставить кровать, что в малом жилом доме имеет исключительно важное значение. Практически веранда в течение большей части года увеличивает жилую площадь дома и нередко превращается фактически в лишнюю жилую комнату. Естественно, что тогда она остается остекленной и летом. По этой причине можно считать, что строительство изб с двумя зимними комнатами там, где требуется особая экономичность, допустима, лишь бы имелась застекленная веранда. Если же кроме зимних комнат имеются еще и летние светлицы или вышки (о чем будет еще сказано дальше), как в данных проектах, то изба в две основных зимних комнаты может оказаться вполне целесообразным решением не только для самых малых семейств. В архитектурном и бытовом отношении особенно желательна тщательная проработка рисунка переплетав веранды, а также частичное применение наверху цветного стекла, что прядает такой веранде особенный уют и привлекательность.

Тесная связь жилых помещений с усадьбой и природой определяется в колхозном жилище не только устройством веранды. Простым и обычным является установка столиков и скамеек в саду. Устройство над этими столиками небольших беседок также не составит больших забот и может служить радостным элементом архитектурного обогащения ансамбля колхозного жилища. В планировке необходимо предусмотреть удобную связь кухни с тремя элементами — общей комнатой-столовой, верандой и беседкой. Но естественно, что особенно важно наиболее удобное соединение кухни с общей комнатой-столовой. В этом отношении, быть может, целесообразно внедрить в колхозное строительство прием, перенесенный к нам из-за границы и все чаще применяемый у нас в городском строительстве, а именно — устройство окошек передачи пищи из кухни в столовую. Однако необходимо отметить, что устройство такого окошка при отсутствии домработницы целесообразно только или при наличии рядом с окошком двери или, если оно построено не просто в стене, как кассовое окошко, а в специальном шкафу-буфете, с открывающимися в обе стороны дверцами №. ящиками. Доска-столик этого окошка должна быть достаточно большой, чтобы на ней, убирая со стола, можно было поставить сразу почти всю грязную посуду.

Какова же средняя площадь жилых помещений? Общая жилая комната-столовая — около 20 м2, комната меньшей площади, вероятно, окажется недостаточно просторной; спальня для родителей — около 15—16 м2, спальня, для детей — желательно около 12 м2. Людская кухня при наличии кормовой может быть небольшой, но, конечно, не меньше 6 — 7 м2 чистой поверхности пола. Необходимо, однако, отметить, что в существующем сельском строительстве, так же как очень часто за границей, мы можем нередко встретить комнаты в 6 — 8 м2. Если в квартире живет одна семья и такая комната-каморка является дополнительным жилым помещением, то нельзя, отрицать большой целесообразности такой комнаты главным образом потому, что она дает возможность изолированного сна для одного из членов семьи. В приводимых здесь трех проектах такая каморка не предусмотрена, зато введено другое, весьма целесообразное для сельских условий жилое помещение, а именно — летняя, неутеплённая комната, так называемая «светлица». В первом и третьем проектах эта «светлица» вынесена во 2-й этаж под крышу; во втором проекте она предусмотрена как своего рода бельведер, над амбаром, в центре всей усадьбы. Такие летние комнаты часто служат не только жилым помещением. Здесь происходит сушка и хранение фруктов, хранение зимой летних предметов и т. п. В местностях, изобилующих комарами, наличие летних комнат на уровне 2-го этажа особенно желательно. Во втором проекте летняя комната над амбаром может служить одновременно удобным помещением для охраны всего огорода и сада в период созревания плодов.

Исключительно важным отличием сельского жилища от городской квартиры, коренным образом влияющим на архитектурно-плановое решение основной клети дома, является полная возможность устраивать общую комнату проходной. Наличие в культурной избе двух входов — парадного около общей комнаты и хозяйственного поблизости от кухни дает возможность все движение грязных и подсобных процессов направлять в сторону, противоположную движениям бытового и парадного характера. Этим создается необходимый порядок бытовой жизни как в самой общей комнате, так и в избе в целом. Зато спальни делать проходными, конечно, недопустимо.

Ни в одном из трех проектов общая комната, являющаяся одновременно столовой, принципиально не трактована как жилая кухня-столовая. Внимательное изучение автором образцов сельских, поселковых и городских жилищ в их историческом развитии у нас и в других странах показало, что специфической чертой наших, даже весьма бедных, жилищ является, в отличие от жилищ иных национальностей, стремление в первую очередь выделить всю стряпню в отдельное помещение. Парад кастрюль и тарелок, который устраивается хозяйками западных стран и Скандинавии, нам несвойствен. Но даже и там, как только хозяйство переходит за черту первых границ зажиточности и культурности, кухня немедленно выделяется в отдельное помещение. Раз эта тенденция имеется даже там, то нам и подавно нечего искать промежуточных решений. Единственной возможностью, не противоречащей требованиям культурного быта и экономичности строительства, является освоение американского опыта по устройству около кухни специальной небольшой ниши, в которую обычно встроены две скамьи и небольшой обеденный стол. Тогда в обычное время общая комната освобождается от функции столовой, оставаясь, однако, ею в праздники и при приеме гостей. Но применение такого приема требует у нас предварительной опытной проверки самими колхозниками. 

Для придания архитектурной значимости большой общей комнате желательно увеличение ее высоты не только относительно пристроек, но и остальных комнат — спален и кухни. Во всех трех проектах это так и сделано, причем понижение потолка используется или для выигрыша высоты над крышей для устройства «светлицы» (например в третьем проекте) или для увеличения объема части чердака (например в первом проекте), являющегося в, сельском жилище весьма важным хозяйственным помещением, особенно для сушки белья в дождливое и зимнее время.

Размеры этой статьи не позволяют детально обсудить архитектурно-планировочные решения данных трех проектов и характеристику отдельных помещений, их оборудования и устройства. Поэтому дальше кратко упоминается только о ряде наиболее важных и спорных вопросов.

Встроенная мебель в избе, кроме упоминавшейся передачи буфета, может в колхозном жилище состоять из пристенных скамей в обеденном углу и наглухо пристраиваемых стола и полок на кухне. Устройство в спальнях или коридоре стенных шкафов вызывает немало сомнений. Слишком еще примитивна техника сельского строительства, чтобы ждать высокого качества выполнения встроенных шкафов. Хотя клопы и тараканы в деревне на самом деле встречаются значительно реже и меньшем количестве, чем в городах и поселках, строительная профилактика здесь все же особенно важна. Необходимо всячески облегчить семье колхозника содержание в чистоте и без того большого числа всяких жилых и нежилых помещений и усадьбы. В каждом колхозном жилище должно везде наглухо пристраивать много всяких полок и вешалок не только в передней, для верхней одежды, но, например,  у черного выхода — для топора, молотка и пилы, в кладовках и т. п. Вопросы архитектурно-художественной проработки этих деталей интерьера чрезвычайно интересны и важны, но разработка их еще впереди.

Принципиально важным вопросом является величина передней и сеней. В настоящее время значительная часть продукции велосипедных заводов идет на село, и велосипед является уже нередко рядовым явлением в колхозе. Найти удобное место для постановки, а не подвески велосипеда без загрязнения чистых помещений же менее важно, чем правильно устроить кухню и т. п., а для велосипеда нужен отрезок стены в 1,5 м. Нет нужды, например, изгонять из обихода в колхозном жилище большой солидный сундук. Он очень, удобен не только для сохранения сезонной одежды, но и для целого ряда других функций. Сундуку тоже надо найти место. В таких вот на первый взгляд мелочах и кроется специфичность требований к проектированию колхозного жилища. Кроме того, играют большую роль такие технические вопросы, как отопление, устройство прохладного места для питьевой воды (не на кухне), устройство сбора с крыши дождевой воды и т. п. Из этих технических вопросов самым важным является отопление и система устройства перегородок. В настоящее время перегородки между комнатами устраиваются в деревне, как правило, не до потолка, часто с заметными щелями. В культурном жилище мы этого по целому ряду бытовых условий допустить не можем. Но устройство глухих перегородок приводит к целому перевороту в топливном хозяйстве и санитарно-гигиеническом режиме в избе. Сейчас, при легких неглухих переборках, одна печь легко отапливает четыре, а то и пять помещений. Воздух всех комнат легко обменивается через просветы, щели и обычно открытые двери (дверные полотна часто вообще отсутствуют). Тепловой и влажностной режим в избе, несмотря на часто совершенно неправильное распределение площади печных зеркал соответственно величине и расположению помещений, все же получается достаточно удовлетворительный и равномерный. Стоит только перегородки сделать сплошными, и уже нельзя будет избежать установки вместо одной двух печей, а значит, и увеличения затрат труда на топку и расход дров, не говоря уже об увеличении строительной стоимости отопления. Чтобы снизить последнюю, необходимо во всяком случае добиваться возможности устройства только одной дымовой трубы. В этом отношении деревенская практика выработала немало прекрасных конструктивных решений. В хороших избах черноземной полосы РСФСР и в Ставрополье автор видел отвод дыма, например, к трубе русской печи от отстоящей до 2 м голландки посредством сводчатого борова. Такой прием не только технически целесообразен, но создает исключительно удачный архитектурный характер интерьера. Иногда такой боров-свод короче 2 м и образует одновременно очень интересный по форме проем между печами для прохода в другую комнату. Такие вполне свойственные именно деревенскому строительству приемы мы можем, конечно, считать опытом прошлого, который и технически и архитектурно выгоднее использовать, чем обычные знакомые решения печного отопления в поселках и городах.

Большое значение будет иметь правильная ориентация всех помещений избы по странам света. До сего времени деревня этой задачи вовсе не учитывала, выстраиваясь по обе стороны улицы по одному типу планового решения. Может быть, это происходило не только от примитивности и преемственности деревенского строительства, — продолжительное пребывание в течение дня всех членов семьи на воздухе значительно смягчает требование инсоляции жилых помещений. Однако мы теперь не можем оставаться на таком уровне сниженных требований. Во всех трех проектах предположено, что верх чертежа плана направлен на северо-восток. Это создает оптимальные условия правильной инсоляции жилых комнат и затененности двух хозяйственных сторон избы. Естественно, что при необходимости иной ориентации, например по другой стороне улицы, надо будет спроектировать и планы, которые по типу планового узла основных помещений будут, вероятно, в корне отличаться от приводимых здесь трех решений. Все промежуточные ориентации будут, видимо, легко разрешаться зеркальными изображениями этих двух типов планов диаметрально противоположной ориентации.

Принципиально необходимы поиски нового архитектурного образа колхозного жилища с учетом всех особенностей местных и национальных форм народного творчества, его лучших традиций, а также наличия местных стройматериалов. Для этого необходимо использование не только новых формальных архитектурных приемов, но и новых материалов, несложных конструкций и т. д. Автор считает, что наша архитектурно-художественная задача на данный момент сводится в основном и главном к созданию такого образа деревенского жилища, который совершенно стер бы старый образ идеологического выражения подневольности, культурной забитости и замкнутости, свойственный всем дореволюционным крестьянским избам. Перестроить этот небольшой объем до впечатления радостного, здорового жилища, до впечатления открытого художественного «цветения» — вот задача, над которой все мы должны работать со всей энергией и упорством.

Автор считает, что эту задачу он полностью пока не осуществил ни в одном из трех проектов. Ближе других решает эту задачу второй проект (по порядку исполнения это был третий).

В первом проекте есть, например, такой промах. Глухие ворота, среди каменных стен пристройки и амбара, по своему архитектурному образу, как бы подчеркивают зажиточность, но не колхозника, а отгородившегося, замкнутого и завершенного в себе единоличного хозяйства.

Второй проект односемейного жилища решен наиболее последовательно, именно как «развитие» старого типа избы. Если отнять со стороны улицы веранду и крыльцо, то останется, по существу, давний образ избы в три окна с пристройкой, так называемой «полой». Осовременить этот старый образ решительным увеличением площади окон не так просто, если считаться с зимними условиями средней полосы СССР. Чтобы раскрыть избу на улицу, сюда умышленно поставлена веранда со своим большим остеклением (летам же оставляются только верхние цветные стекла). Архитектурные формы этой веранды избраны автором под влиянием реставраций старой греческой деревянной архитектуры. Именно в этих далеких началах, так же как и в начальном русском и скандинавском деревянном зодчестве, кроются наиболее правдивые и здоровые архитектурные и строительные приемы. Русское деревянное зодчество, начиная с конца XVIII в., теряет под влиянием городских и усадебных форм многое из естественных для дерева и его долговечности архитектурных форм. При более серьезном ознакомлении с историей зодчества мы склонны считать деревянное строительство на селе начала прошлого века весьма продуманным и целесообразным. На самом же деле, В это время в деревянную архитектуру на селе было внесено, главным образом благодаря механическому переносу каменных форм на дерево, много конструктивно-фальшивого. Это привело к прикрытию целого ряда деревянных конструктивных элементов наличниками, карнизами и вообще дополнительными досками, вызывающими только усиленное гниение основных конструктивных частей здания. Вместе с развитием в обиходе пилы это привело с прошлого века к узорчатому «выпиливанию» этих досок, вместо старой конструктивно правдивой резьбы по дереву. Во второй половине прошлого века, с легкой руки арх. Ропета, эта техника выпиливания получила широкое развитие. При проезде через Россию Кнут Гамсум метко назвал эти узоры «испорченным швейцарским стилем». От такого характера и излишества в выпиливании мы, конечно, откажемся, несмотря на то, что метод украшения выпиливанием по доскам пустил глубокие корни, и наши колхозники до сих пор не жалеют трудодней на такую работу. Во втором проекте автор, к сожалению, сделал слишком малое слуховое окно, не успев до этого подметить характерную особенность русских изб, в которых слуховые окна делаются обязательно больше. Это значительно увеличивает выразительность силуэта, и обычно большой размер этих выступов из крыши нельзя считать случайным явлением. Это объясняется желанием показать как можно большую часть силуэта над кустами и деревьями, отгораживающими дом от улицы.

Вопросы архитектурного образа колхозного жилища менее обдуманы, чем те же вопросы по жилым зданиям города. К тому же здесь значительно острее недостаток проектных материалов и опыта и острее дискуссионность и сложность вопросов местных и национальных форм. Это вынуждает снова подчеркнуть сугубую индивидуальность обсужденных трех проектов и во многом их экспериментальность, а значит, необходимость большой опытной проверки.

поддержать Totalarch

Добавить комментарий

CAPTCHA
Этот вопрос задается для предотвращения попыток автоматической регистрации